Жизненный подвиг и мученическая кончина священника Дмитрия Афанасьевича Федотова (1885-1938).

                     Несмотря на то, что прошло без малого столетие с того страшного времени, когда богоборческая власть пыталась уничтожить в нашей стране Православную Церковь, мы помним происходящие тогда трагические события и ориентируемся на подвиги новомучеников и исповедников.

                     Священник Дмитрий Федотов занял достойное место в истории Смоленской земли. Разделивший судьбу Церкви в ХХ в., он остался в памяти многих как мученик, истинный исповедник веры, до конца сохранивший верность долгу пастырского служения.

                     Судьба отца Дмитрия неотделима от истории России ХХ столетия. На страницах его биографии находят свое отражение ключевые события русской истории: революция, первая мировая война, гражданская война, обновленчество.

                     Димитрий Афанасьевич Федотов родился 4 февраля 1885 года в деревне Комягино. Родители его — крестьяне Афанасий Федотович и Параскева Агаповна Федотовы. Известно, что Дмитрий был крещен священником Иосифом Гавриловичем Ильенковым 5 февраля 1885 года, что зарегистрировано в документах Смоленской духовной консистории, в метрических книгах церкви села Нового Вяземского уезда. Восприемниками при крещении стали жители деревни Комягино, брат и сестра Параскевы — Кирилл и Евдокия. Будущий подвижник окончил церковно-приходскую школу в селе Новое, где законоучителем был священник Нил Иоаннович Зазыбин, а учителем диакон Георгий Аполлонович Кудрявцев. По окончании школы Дмитрий решил продолжить духовное образование в учительской семинарии в уездном городе Гжатске.

                     Верстах в десяти от села Дровнино, где учился Дмитрий, в уездном городе Гжатске, действовала бесплатная народная библиотека-читальня, открытая в конце 1898 года местным комитетом попечительства о народной трезвости. В библиотеке юноша познакомился с изданным в 1898—1899 гг. обращением Сергея Александровича Рачинского к студентам Казанской духовной академии «К духовному юношеству о трезвости». В нем содержалось глубокое богословское осмысление проблемы пьянства. Позже, став священником, в борьбу за трезвость включился и Дмитрий Афанасьевич Федотов.

                     В 1904 году Дмитрий Афанасьевич окончил церковно-учительскую семинарию, ему исполнилось девятнадцать лет. Один год он проработал учителем в селе Тимашевское Мелитопольского уезда Таврической губернии в одноклассной церковно-приходской школе, откуда по результатам экзаменов был зачислен в Казанскую Духовную академию на двухгодичные Миссионерски богословские курсы, которые окончил в 1907 году.

                     27 июня 1907 года венчался с Параскевой Андрониковой из православной крестьянской семьи в Сретенской церкви города Вязьмы. Впоследствии у них родилось 9 детей (двое из них умерли в раннем детстве).

                     Так как Д. А. Федотов окончил Миссионерские курсы при Казанской духовной академии, то есть имел солидную богословскую подготовку для получения священного сана, в возрасте двадцати двух лет был рукоположен в сан иерея и определен на священническое место к церкви села Пушкина Дорогобужского уезда. Таинство хиротонии совершил епископ Смоленский и Дорогобужский Петр (Другов).

                     Отец Дмитрий, с детства приученный к труду. Обзавелся хозяйством, сам пахал, сеял. Матушка Параскева во всем помогала мужу. 1 апреля 1908 года в их семье появился первенец, сын Дмитрий.

                     К этому времени благодаря доброму нраву, уважительному отношению к верующим, пунктуальности и принципиальности в служении Богу и ближнему, иерей Дмитрий Федотов заслужил уважение не только своих прихожан и крестьян окрестных деревень, но и жителей уездного города. Личные качества молодого священника дополнялись простыми, доступными для понимания людей проповедями, в которых он излагал свои убеждения, духовные истины, опыт религиозной жизни.

                     В это же время, помимо своей служебной деятельности, отец Дмитрий занимался еще и особой формой просветительской деятельности, направленной на борьбу с пьянством, повально охватившим крестьянские семьи. Батюшка лично ходил по деревням и со свойственными ему внутренними убеждениями, силой духа и любви Божьей, молитвами и проповедями влиял на тех, чья страсть к пагубной привычке вела к разрушению семьи, нищете и погибели.

                     Зимой 1908 года по болезни был уволен на покой епископ Смоленский и Дорогобужский Петр, являвшийся для священника Дмитрия не только начальником, но и добрым наставником. Перед отъездом владыка Петр представил отца Дмитрия вновь назначенному епископу Феодосию (Феодосиеву).

                     С этого времени началась новая страница в жизни иерея Дмитрия Федотова. Благодаря личным способностям и ответственному исполнению служебных обязанностей в декабре 1909 года преосвященнейший Феодосий назначил Федотова на священническое место к церкви села Яковлевичи Ельнинского уезда. В прекрасном каменном Никольском храме, на сегодняшний день разрушенном, который был построен 1800 году на средства генерал-аншефа Петра Богдановича Пассека (сейчас село Ново-Яковлевичи Глинковского района) священник Дмитрий Афанасьевич Федотов прослужил с 1909 по 1927 года .

                     И на новом месте своего иерейского служения, в Яковлевичах отец Димитрий Федотов остался активным борцом за трезвый образ жизни прихожан. Постоянный участник трезвеннического движения, обладавший большим опытом работы в отделениях Попечительства о народной трезвости, он поддержал стремление правящего архиерея Смоленской епархии организовать Смоленское Общество борьбы с алкоголизмом. Отец Димитрий и самостоятельно вел большую просветительскую работу, организовывал диспуты, проводил беседы, и не только с прихожанами церкви святителя Николая, выступал на волостных и уездных собраниях. Это самым положительным образом сказывалось на нравственном состоянии Яковлевичского прихода. Все эти годы отец Дмитрий строго соблюдал все церковные обряды и службы. Вел праведную жизнь. Одну из комнат в избе преобразовал в домашнюю церковь, где усердно молился. У матушки Параскевы тоже было много забот: собрала хор певчих из местных, обходила дома, помогала нуждающимся. Кроме того, к этому времени в семье родилось еще трое детей. Дети священника не страдали праздностью. С малых лет помогали по хозяйству, часто посещали службы.

                     Отец Дмитрий тщательно готовился не только к проповедям, но и к живому общению с людьми. Он знал, что только кропотливым духовным трудом по очищению своего собственного сердца от страстей и приведением своей личной жизни в соответствие заповедям Христовым можно достичь способности тронуть сердца тех, к кому обращены его речи — людей церковных и не церковных. С искренним, глубоким убеждением иерей Федотов проповедовал в храме, апеллировал к церковным авторитетам, апостолам, обосновывал сказанное цитатами из святых отцов. С таким же внутренним убеждением и вне церкви он вел проповеди о стяжании добродетелей, которые приводят человека к любви.

                     Однако,уже ко времени начала служения отца Дмитрия в Яковлевичах набрала силу и революционная пропаганда, подрывавшая основы самодержавия. Пользуясь тяжелым положением отдельных крестьянских семей в Ивонинской волости, к которой относилось и село Яковлевичи, агитаторы из Петербурга и других крупных городов призывали крестьян к неповиновению, бунтам.

                     Видя, как либеральная пропаганда и социально-политические потрясения раздирают чувства и умы жителей волости, отец Дмитрий в своих проповедях вне храма вел разъяснительную работу, старался унять смуту и вражду среди прихожан, призывал их к благоразумию, взвешенному отношению к призывам изменить мироустройство людей, далеких от земли, не знающих быта, устоев и традиций русского села.

                     На фоне успехов борьбы за трезвость , яркого патриотического движения, развернувшегося в начальный период мировой войны, становились все более заметными расщепление общества, раздробленность и увядание монархических сил. И в этих условиях Дмитрий Афанасьевич не порывал связей с иерархами Церкви. Он посетил Козельскую Оптину пустынь и беседовал со старцем Анатолием, затем посетил в Уфе епископа Уфимского Андрея (Ухтомского).

                     И все-таки, неизбежно наставало иное время. В либеральной прессе начинали живо обсуждаться вопросы возможного отделения Церкви от государства. И в этих, в «новых», условиях священнослужителям следовало не погружаться в политическую полемику, оставаться самими собой: людьми сердцем своим близким к приходу, ведь только так можно было продолжать пользоваться у прихожан доверием и уважением.

                     Октябрьская революция 1917 года принесла с собой значительные перемены в отношениях между Русской Церковью и новой государственной властью. Непосредственно затронула она и судьбу отца Дмитрия. Ровно десять лет после революции окормлял Дмитрий Афанасьевич свою паству и жителей других сел и деревень, не имевших своего сельского священника,а иногда и церкви. В проповедях он пояснял, что христианская жизнь заключается в ежедневной молитве, регулярном посещении богослужений с частой исповедью и причащением. Отец Дмитрий призывал во всем следовать Христовым заповедям и даже самым трудным из них, таким , как — любить тех, кто ополчается против тебя, любить врагов своих.

                     Федотов понимал, что коммунистическая партия ведет крестьянство к гибели, и был уверен в том, что со временем крушение советской власти неизбежно. В своих проповедях священник призывал народ к обузданию неправедных чувств. В набросках его проповедей можно прочесть следующие строки: « сегодняшнее Евангелие передает нам учение о том, какую любовь к ближнему должны мы постичь сердцем и как воспитать это чувство любви к ближнему, чтобы оно могло укорениться и овладеть всем нашим сердцем, да так, что никакая враждебность и злобность не должны разрушить его».

                     За десять лет, которые Дмитрий Афанасьевич служил в Яковлевичах после революции, в семье священника родились еще дети: в феврале 1917 года — родился Петр, в 1922 году — Татьяна, в 1923 году - Надежда, в 1926 году — Николай. Старшие, Дмитрий, Андрей и Прасковья (Полина), окончили школу, а Михаил и Петр продолжали учебу.

                     Дмитрий Афанасьевич дважды, в 1925 году и в июне 1926 года, состоял под следствием. Сначала — в связи с изъятием переписки со священнослужителями, а затем из-за проведения молебнов и крестных ходов, которые служились им, по мнению Волостного Исполнительного комитета, сверх всякой меры. Получив в свое время благословение епископа Феодосия, отец Дмитрий молился над одержимыми людьми. В Православии такой обряд называется отчиткой. Это одна из самых длинных молитв в каноне Православной Церкви. Представители безбожной власти обвинили священника в контрреволюционном воздействии на прихожан.

                     Во время допроса на вопрос следствия: «Занимались ли Вы отчитыванием в июне месяце 1926 года гражданки выселок Выползово Шипаревой Александры, агитируя среди населения, что «Пролетариат своим безбожием ни чем не смогут помочь этой гражданке?».

                     Ответ отца Дмитрия звучал так: «Родственники Шипаревой Александры, из моего прихода, просили меня употребить религиозные средства над больной, и я отслужил молебен наедине в своем доме, не желая служить публично в деревне при народе, и там исповедал ее. Никакой агитации при этом я не вел. По данному делу милицией велось следствие, допрашивали меня, но дело было прекращено».

                     Несмотря на все запреты. Угрозы и предупреждения священник Дмитрий Федотов совершал таинства, проводил все обряды согласно канонам Православной Церкви. Это, конечно же, не укрылось от взоров соответствующих органов.

                     Но если до этого дела завершались административными взысканиями, то 22 июня 1927 году священник был арестован. 20 июня 1927 года, Уполномоченный Смолгуботдела ОГПУ по Ельнинскому уезду Норко, руководствуясь ст. 145 УПК, постановил произвести обыск «в квартире и других помещениях», принадлежащих гражданину Дмитрию Афанасьевичу Федотову, проживающему в селе Яковлевичи Ивонинской волости, и подвергнуть его аресту. На следующий день, 21 июня, в дом Федотовых постучался временно исполняющий обязанности Смолгуботдела ГПУ по Ельнинскому уезду М.В. Кырченков. В этот день отца Дмитрия дома не было, уполномоченный предъявил матушке Прасковье постановление об обыске и в присутствии понятого, жителя деревни Ново-Яковлевичи Романова И.И., пооизвел обыск. Среди изъятых бумаг, в том числе, оказались письмо от епископа Петра (Другова), копия обращения Патриарха Тихона за № 180 от 2 апреля 1924 года. После ареста 22 июня отца Дмитрия содержали под стражей в Ельнинском «домзаке». Однако возбужденное по статье 58 п.10 части 2-й дело по невыясненным обстоятельствам было закрыто 7 июля 1927 года. Через 2 недели отцу Дмитрию возвратили изъятое при обыске. Но на свободу не выпустили. Через 2 месяца после ареста, 1 сентября 1927 года дело в отношении священника Дмитрия Федотова было вновь возбуждено. Оба дела, июньское и новое, объединили в одно под номером 49750. Дмитрию Афанасьевичу, как было сказано в обвинительном заключении, «непримиримому противнику Советской Власти» инкриминировали распространение контрреволюционных воззваний патриарха Тихона, игнорирование советских гражданских законов и противодействие выполнения их населением. Кроме того, Федотова обвиняли в подрыве народного образования, пионерской и комсомольской организаций. И, наконец, священнику предъявили обвинение в подрыве доверия населения к Советской Власти и ВКП (б), привели свидетельства о его высказываниях ,утверждающих, что Коммунистическая партия ведет все крестьянство к гибели. Выполнение религиозных обрядов и проведение служб также ставилось в вину.

                     Из протокола Особого совещания при Коллегии ОГПУ от 23 сентября 1927 года известно, что было заслушано дело № 49750 по обвинению гр. Федотова Дмитрия Афанасьевича по 58/10 ст. УК. В результате слушания было постановлено Федотова Дмитрия Афанасьевича выслать в Зырянский край сроком на 3 года, считая срок ссылки с 22.06.1927 года.

                     Проститься матушке Прасковье с мужем не позволили. Она лишь проводила взглядом уходящий вагон с заключенными. Оставшись с пятью несовершеннолетними детьми на руках матушка Параскева до 1929 года обрабатывала имевшуюся хуторскую землю, которую в тот год реквизировали, за хлеб помогала по хозяйству приютившей ее семье. В справке.выданной 2 августа 1930 года Ново - Яковлевическим крестьянским Глинковским РИКом Смоленского округа Западной области гражданке Федотовой Прасковье Андрониковне, жительнице села Яковлевичи, для представления в Смоленский окружной избирком, было сказано, что «выше указанная гражданка совершенно не имеет средств к существованию», и она «действительно не имеет связи со своим мужем». Жили в это время тем, что двое старших детей, Михаил. которому едва исполнилось пятнадцать лет, и Петр тринадцати лет, работали по найму в деревне.

                     В 1930-м году, когда подошел срок окончания ссылки отца Димитрия в Зырянский край, дело № 49750 гр. Федотова Дмитрия Афанасьевича по отбытии срока наказания было пересмотрено. Согласно Протоколу Особого Совещания при Коллегии ОГПУ от 8 сентября 1930 года, Дмитрия Афанасьевича лишили права проживать в Московской, Ленинградской обл., Харьковском, Киевском, Одесском округах, СКК, Дагестане и Западной области. Было утверждено постановление о прикреплении его к определённому месту жительства сроком на три года (г. Сыктывкар).

                     В 1933 году, по возвращении из ссылки епископ Смоленский и Дорогобужский Серафим, определил отца Димитрия на служение в церковь села Рождество Ельнинского района. Дмитрий Афанасьевич и раньше бывал в Рождестве, поэтому многие жители его хорошо знали. Жизнь прихода Рождественской церкви стала восстанавливаться: вновь совершались церковные обряды, таинства. Как и прежде, в предыдущем приходе, священник крестил детей и молитвой исцелял одержимых злыми духами.

                     Продолжая служение в сельском храме, Дмитрий Афанасьевич по-прежнему не оставался в стороне от жизни Церкви. Он принимал активное участие в движении по возвращению верующим жителям Смоленска Петропавловского храма, закрытого властями в апреле 1936 года, что привело к очередному аресту в ночь с 21 на 22 августа 1936 года. Основными поводами для возбуждения дела против Дмитрия Афанасьевича были его активная социальная позиция и преданность священническому долгу. В самом обвинительном заключении особое внимание было обращено на то, что к августу 1936 года Ильинскому районному отделению Управления НКВД по Западной области «стало известно» о том,что на территории Рождественского и Гурьевского сельских советов Ильинского района, как и на территории Озерищенского сельского совета Дорогобужского района «группа руководящих церковников Рождественской церкви в лице Данилова, священника Федотова, а также дьячка Овечкина и церковного старосты Ходина, проводит среди населения систематическую антисоветскую агитацию». При этом было доказано, что «обвиняемый священник Федотов, при встречах с населением, как у себя дома, так и возле церкви, в разговорах не советовал единоличникам вступать в колхозы, уверял, что скоро будет перемена Советской власти,и крестьяне освободятся от крепостного права в колхозах».

                     Следствие постановило, что священник Федотов Дмитрий Афанасьевич, «1885 года рождения, гражданин СССР, окончивший духовную семинарию, беспартийный, судимый в 1927 году коллегией ОГПУ за контрреволюционную деятельность и приговоренный в последующем к трем годам вольной высылки, служит священником Рождественской церкви. Женат. Семья 9 человек. Здоров. Обвиняется в том. что он занимался систематической антисоветской деятельностью т.е. в преступлении, предусмотренным ст.58п. 10 УК».

                     Священник Дмитрий Федотов своей вины не признал и 27 марта 1937 года был приговорен по статье 58 п. 10 УК РСФСР и, согласно постановлению Особого совещания при НКВД СССР, направлен во Владивосток «первым отходящим этапом в распоряжение начальника перевалочного пункта СЕВВОСТЛАГа НКВД для направления на Колыму».

                     Спустя год, 29 марта 1938 года, отбывавшего срок в Юхтинской трудовой колонии, отца Димитрия Федотова арестовали «за антисоветскую агитацию» и в дальнейшем содержали в Благовещенской тюрьме вместе с другими священнослужителями, на которых завели новые дела. На всех допросах отец Дмитрий вину свою отрицал. Согласно материалам обвинительного заключения от 4 апреля 1938 года «оперуполномоченный сержант Госбезопасности ТЮГАЕВ, рассмотрев 2 апреля 1938 года следственное дело бывшего Попа — заключенного …, до ареста, находившегося в заключении в Юхтинской колонии» постановил направить следственное дело по обвинению Федотова Дмитрия Афанасьевича на рассмотрение тройки УНКВД по ДВК в гор. Хабаровск. Постановлением тройки УНКВД по Дальневосточному Краю (председатель тройки — Люшков Генрих Самойлович) от 29 апреля 1938 года Дмитрий Афанасьевич Федотов был осужден «за проведение антисоветской агитации против Советской власти» к высшей мере наказания. Приговор привели в исполнение в ночь со второго на третье июня 1938 года. В возрасте 53 лет в 1938 году отец Дмитрий был расстрелян.

                     В августе 1956 года старший сын Дмитрия Афанасьевича, Дмитрий Дмитриевич Федотов, обратился к Генеральному прокурору СССР Р.А. Руденко с заявлением о пересмотре дела отца и просьбой при наличии оснований реабилитировать его посмертно.

                     Постановление президиума Амурского областного суда за № 44-У-257-1956 от 7 января 1957 года отменило постановление тройки УНКВД по ДВК от 29 апреля 1938 года, дело прекратили за отсутствием состава преступления и Федотова Дмитрия Афанасьевича реабилитировали (посмертно) по делу № П-65755.

                     Однако, из архивных материалов стало также известно, что в феврале 1958 года следователь прокуратуры Духовщинского района, юрист Зайцев рассмотрел архивно-следственное дело № 13167-С по обвинению федотова Дмитрия Афанасьевича и других четырех человек по ст.58-10 УК РСФСР в связи с поступившей жалобой сына осужденного, Д.Д. Федотова. Рассмотрев указанные дела, следователь нашел, что с постановлением Особого Совещания при Коллегии ОГПУ от 23 сентября 1927 года и постановлением Особого Совещания при Народном Комиссаре Внутренних дел СССР от 27 марта 1937 года следует согласиться и жалобу сына осужденного Д.Д. Федотова оставить без удовлетворения.

                     Только 26 октября 1988 года постановлением Президиума Смоленского областного суда отца Дмитрия реабилитировали по делу № 287-С. Постановление Особого совещания при НКВД СССР от 27 марта 1937 года было отменено, делопроизводство прекращено за отсутствием состава преступления. Через год, 21 июля 1989 года, прокуратура Смоленской области установила, что Д.А. Федотов, осужденный по ст. 58-10 УК РСФСР по постановлению Особого Совещания при Коллегии ОГПУ от 23 сентября 1927 года по делу № 13167-С подпадает под действие ст.1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 16 января 1989 года: «О дополнительных мерах по восстановлению справедливости в отношении жертв репрессий, имевших место в период 30-40-х и начала 50-х годов». Дмитрий Афанасьевич Федотов полностью реабилитирован (посмертно).

                     В июне 2010 г. с благословения Преосвященнейшего Феофилакта, епископа Смоленского и Вяземского в ограде часовни установлен Поклонный крест, а на самой часовне укреплены памятные доски с историей церкви свт. Николая и историей служения о. Димитрия Федотова, а 26 октября 2010 года прошло освящение мемориальных досок священнику Димитрию Афанасьевичу Федотову и храмоустроительнице Марфе Петровне Пассек в селе Ново-Яковлевичи Глинковского района.
Мученический подвиг священника Дмитрия Афанасьевича Федотова стал еще одним ярким подтверждением слов древнехристианского писателя и богослова Тертуллиана о том, что «кровь мучеников — семя Христианства». История Христианской Церкви первой половины ХХ века неоспоримо свидетельствует нам о том, что чем больше Церковь притесняли, тем сильнее и крепче она становилась.

Литературный источник

                     Статья написана по материалам книги «Дорогой правды. Жизнеописание священника Дмитрия Афанасьевича Федотова (1885-1938)» / Федотов Д.Д., Рафаил (Ивочкин), иеромонах. - Смоленск, 2011.- 96 с., ил.